Боевые корабли Часть2 - 11

«Kongo» («Конго»)

«Конго» был самым старым японским линкором, участвовавшим во Второй мировой войне, хотя благодаря неоднократным модернизациям он был далеко не самым бесполезным. На самом деле он и три его однотипных корабля вели гораздо более активную деятельность, чем другие линкоры, поскольку их высокая скорость позволяла им выполнять задачи, которые были бы рискованными для более тихоходных кораблей.

«Конго» примечателен еще и тем, что это был последний японский линкор, построенный в Великобритании. Современный японский военно-морской флот был создан в конце XIXвека при содействии британских военно-морских офицеров, и почти все корабли строились по британским чертежам. Японские офицеры проходили обучение в британских военно-морских колледжах, а другие подолгу работали на верфях, где строились новые корабли японского флота. Некоторые связи между двумя флотами сохранялись вплоть до 1941 года, и даже после этого во многих порядках и обычаях японского флота прослеживалось британское влияние.

Примерно во время Русско-японской войны 1904–1905 годов Япония начала строить собственные линкоры, уже имея некоторый опыт в строительстве крейсеров. Однако внезапный скачок в развитии кораблестроения после появления британского линкора «Дредноут» в 1906 году нарушил планы Японии. Японцы пытались строить линкоры, которые были бы крупнее и лучше, чем у других стран, а также броненосные крейсеры, которые были бы быстрее и лучше вооружены, но «Дредноут» и линейные крейсеры сделали японские проекты устаревшими. Чтобы догнать Британию в плане военно-морских технологий, было решено заказать суперлинкор на британской верфи и одновременно с помощью Британии построить три аналогичных корабля на японских верфях.

«Конго» был головным судном этого квартета, который, как все были уверены и не без оснований, должен был стать лучшим в мире. В 1910 году компания «Vickers» получила заказ. Конкуренция была жесткой, и, согласно доказательствам, представленным японскому суду в 1914 году, около 100 000 фунтов стерлингов было потрачено на взятки японским чиновникам, некоторые из которых были отправлены в тюрьму.

Линейный крейсер Императорского японского флота «Конго» во время строительства в Барроу-ин-Фернесс, графство Камбрия, предположительно около 1912 года. Построенный в Великобритании и впоследствии модернизированный, «Конго» имел долгую и активную службу.

Были выбраны 14-дюймовые орудия. Благодаря дружеским отношениям с британским флотом Япония узнала, что Великобритания вскоре введёт на вооружение 13,5-дюймовые орудия, и сразу же решила сделать ставку на более мощное орудие. Корабль должен был походить на новейшие британские линейные крейсеры типа «Lion», но вместо 13,5-дюймовых орудий на нём должны были стоять 14-дюймовые. В то время компания «Vickers» строила один из крейсеров типа «Lion», и этот корабль («Princess Royal») был взят за основу при разработке большинства деталей. Однако по ряду других параметров «Конго» превосходил современные ему британские линейные крейсеры. В частности, расположение третьей башни за самой кормовой трубой было более удачным, чем на «Lion», где эта башня была неудобно размещена между трубами.

Последующие британские «Tiger» следовали примеру японских. То, что британские судостроители проектировали для иностранных заказчиков корабли, превосходившие по характеристикам те, что строились для Королевского флота, не было чем-то из ряда вон выходящим: требования к британским кораблям определялись бюрократическими процедурами в Адмиралтействе и не всегда были такими же строгими, как требования иностранных военно-морских сил, которые в случае неудовлетворения могли размещать заказы на верфях за пределами Великобритании.

«Конго» был спущен на воду в 1913 году и стал первым линейным кораблем, оснащенным 356-миллиметровыми орудиями (14-дюймовые орудия). Впоследствии японцы уделяли особое внимание тому, чтобы превзойти другие военно-морские державы по калибру орудий: в 1920 году «Нагато» стал первым линкором с 406-миллиметровыми орудиями (16-дюймовые орудия), а в 1941 году появился «Ямато» с чудовищными 457-миллиметровыми орудиями (18-дюймовые орудия). Но это превосходство в калибре никогда не давало японцам никаких преимуществ — отчасти потому, что их линкоры редко вступали в бой с другими линкорами, а отчасти потому, что их артиллерия никогда не была так хороша, как они считали.

Три однотипных корабля «Конго» — «Hiei», «Haruna» и «Kirishima» — были построены на японских верфях в 1914 и 1915 годах. Благодаря своим тяжелым орудиям и высокой скорости (27 узлов) они представляли собой выдающийся квартет. Настолько выдающийся, что в 1917 году британцы попытались взять два из них в аренду. Но японское правительство вежливо объяснило, что эти корабли настолько дороги сердцу японского народа, что, несмотря на знаменитый англо-японский союз, не может быть и речи об их сотрудничестве с британским флотом.

В межвоенный период эти корабли дважды перестраивали. После первой модернизации, в ходе которой была усилена палубная броня и установлены противоторпедные були, их скорость несколько снизилась, и они были переклассифицированы в линкоры.

Конго в 1931 году, после первой реконструкции.

Затем, в 1930-х годах, их расширили и удлинили, а также оснастили более мощными двигателями. Благодаря этому они развивали скорость до 30 узлов, что снова сделало их одними из лучших кораблей своего времени. Однако их защита не вполне соответствовала стандартам линкоров, которые строились в разных странах в конце 1930-х годов. В окончательном виде на броню приходилось 30 % от общей массы корабля, в то время как у нового американского линкора «Вашингтон» этот показатель составлял 40 %. Кроме того, по сравнению с британским линкором «King George V» и американским «Вашингтоном», на которых было установлено 16 и 20 зенитных орудий соответственно, корабли типа «Конго» с их восемью 5-дюймовыми зенитными орудиями были слабо вооружены, хотя и не уступали британским и американским линкорам того же возраста.

«Конго» после окончательной реконструкции. 14 ноября 1936 года. «Конго» на ходовых испытаниях в Татеямаоки. Необычное расположение кормовых орудий вызвало много вопросов, когда корабль впервые появился на публике

«Конго» в сопровождении своего однотипного «Haruna» обеспечивал прикрытие линкорами японского наступления на Малайю и Голландскую Ост-Индию. Эти два линкора должны были противостоять британским кораблям «Prince of Wales» и «Repulse», которые имели такую же скорость, но последняя пара была уничтожена японской палубной авиацией до того, как вступила в бой с надводными кораблями. В апреле 1942 года четыре линкора типа «Конго» сопровождали мощную авианосную группу в Индийском океане. Несмотря на то, что им не удалось обнаружить основные британские силы, японская палубная авиация совершила налёт на порты на Цейлоне и потопила небольшой британский авианосец «Гермес» и два крейсера. После этого британский Восточный флот отступил на максимально возможное расстояние на запад и на следующие пару лет базировался в Кении. Таким образом японцы обезопасили морской путь снабжения своих армий, наступавших в Бирме.

Можно только представить, что стало бы с британскими морскими путями в Индию, если бы японцы продолжили это вторжение, но, к счастью для британцев, после атаки американских авианосцев на Токио японское командование решило, что авианосцы нужны ближе к метрополии.

Однотипный «Конго» - «Haruna» в первоначальном виде. На якоре в Кобе 24 апреля 1915 года.

Следующей крупной операцией «Конго» стало прикрытие неудачной атаки японцев на атолл Мидуэй в июне 1942 года. После этого линкор отправился на юг и в октябре 1942 года принял участие в операции на Гуадалканале. Японские и американские войска сражались за этот ключевой остров, и у американцев было преимущество в виде аэродрома Хендерсон, что давало им господство в воздухе. Единственным способом, которым японцы могли этому противостоять, было неоднократное использование крейсеров и линкоров для бомбардировки аэродрома под покровом темноты. Только линкоры типа «Конго» обладали достаточной скоростью, чтобы подойти к аэродрому и отойти от него за короткое время. В октябре 1942 года «Конго» и «Харуна» совершили успешный рейд, выпустив по аэродрому почти тысячу 356-миллиметровых снарядов. Но однотипный с ним корабль «Hiei» в другой раз оказался менее удачливым. Этот корабль столкнулся с американскими крейсерами, и случайный 8-дюймовый снаряд пробил слабо бронированное рулевое отделение. Из-за того, что руль заклинило в крайнем положении, «Hiei» не смог уйти и на следующий день был атакован американской авиацией, после чего его пришлось затопить. На следующую ночь «Кирисима», выполнявший ту же задачу, стал жертвой 16-дюймовых орудий американского крейсера «Вашингтон», снаряды которых легко пробивали его броню.

В соответствии с японской традицией запирать конюшню, когда лошадь уже убежала, «Конго» и «Харуна» сразу же получили усиленную защиту в виде толстого слоя бетона вокруг рулевых отсеков. Из-за дополнительного веса пришлось убрать шесть из четырнадцати вспомогательных 6-дюймовых орудий.

Японский линкор «Конго», 1944 год

В октябре 1944 года «Конго» и «Харуна» в составе эскадры Куриты участвовали в битве в заливе Лейте. Когда был отдан приказ преследовать американские эскортные авианосцы, высокая скорость позволила им обогнать другие корабли, и, возможно, именно орудия «Конго» потопили американский авианосец «Gambier Bay». «Конго» почти не получил повреждений и после боя вернулся на японскую базу на Борнео. Однако вскоре находиться на Борнео стало небезопасно, и в ноябре 1944 года «Харуне» и «Конго» было приказано вернуться в Японию.

Два линкора и сопровождавшие их корабли уже миновали Формозу, когда ночью их заметила американская подводная лодка «Sealion». Первый радиолокационный контакт был ошибочно принят за отражение от поверхности земли и не был воспринят всерьез, пока не стало ясно, что цель приближается. Тогда «Sealion» незаметно для противника выпустила девять торпед с расстояния 2700 метров. Но японские корабли, похоже, не пострадали и продолжили движение на север со скоростью 18 узлов. Подводная лодка отчаянно преследовала их и сумела занять позицию для второй атаки. Но прежде чем это произошло, «Конго» замедлил ход, остановился, а затем взорвался. Судя по всему, торпеды «Sealion», которые, казалось, прошли мимо цели, потопили эсминец и повредили «Конго». Что произошло на борту линкора после попадания торпеды, неизвестно; взрыв погребов через два часа после попадания торпеды заставляет задуматься о том, почему их вовремя не затопили.

«Конго» в сухом доке. Под деревянными конструкциями можно различить очертания противоторпедных булей.

На этот вопрос, как и на многие другие, возникающие в ходе морских сражений, так и не было дано удовлетворительного ответа, но, возможно, дело было в плохой организации на борту. Вторая мировая война показала, что японцы были не такими уж хорошими моряками, как они сами считали. Более того, в стратегии, тактике и операциях японцы руководствовались в основном принятием желаемого за действительное и средневековыми представлениями о том, как правильно вести военные действия. Как и система конвоев, борьба за живучесть корабля была «оборонительной», не слишком достойной и не уделяла должного внимания подготовке.

Известно, например, что авианосец «Taiho» был потерян из-за этого дефекта. Как и «Конго», он был поражен торпедой, которая, как казалось, не должна была причинить серьезных повреждений. В результате взрыва разлилось авиационное топливо, и для рассеивания образовавшихся легковоспламеняющихся паров были открыты все вентиляционные отверстия корабля. В результате горючие газы распространились по всему кораблю, который фактически превратился в плавучую бомбу. Когда произошло неизбежное, от мощного взрыва были сорваны борта, а полетная палуба взлетела вверх, образовав «нечто вроде горного хребта». Вполне возможно, что нечто подобное произошло и с «Конго».

Часть 1

• Назад
• Вперед