A+ R A-

Честерфилд ...том2

Содержание материала

 

 LXI



 Лондон, 30 апреля ст. ст. 1750 г.
 Милый друг,
 М-р Харт, который неустанно расточает  тебе  дифирамбы,  в
последнем  своем письме сообщил очень приятную для меня вещь, а
именно, что, живя в Риме, ты неизменно  предпочитал  порядочные
итальянские  ассамблеи  сборищам котерий, сколоченных в пику им
разными английскими леди. Это доказывает твой  ум  и  понимание
того,  за  чем  тебя  послали  за границу. Намного важнее знать
mores  multorum  hominum(155),   нежели   urbes(156).   Пожалуйста,
продолжай  вести себя так же рассудительно везде, куда бы ты ни
поехал, в особенности же в Париже,  где,  вместо  тридцати,  ты
найдешь  триста  с  лишним англичан, которые все время толкутся
вместе и не общаются ни с одним французом.
 Жизненный распорядок этих английских милордов,  или,  если
угодно,   беспорядок,   следующий:   встав  очень  поздно,  они
завтракают все вместе,  безвозвратно  теряя  за  этим  занятием
добрых  два  утренних  часа.  Затем  они  отправляются в битком
набитых каретах во дворец, в Дом инвалидов, в Нотр-Дам;  оттуда
- в   английскую   кофейню,  где  они  опять-таки  все  вместе
собираются на обед.  После  обеда,  который  не  обходится  без
обильных  возлияний,  они  обычно целой компанией едут в театр,
где забираются на сцену, одетые в очень дорогие костюмы,  очень
плохо   сшитые   какими-нибудь   шотландскими  или  ирландскими
портными. После спектакля они снова спешат в таверну;  там  они
изрядно напиваются и, либо еще в стенах ее ссорятся между собой,
либо,  выйдя все вместе на улицу, устраивают свалку, после чего
их забирает стража. Те из этих молодых людей, которые не  умеют
говорить  по-французски  до  приезда  в  Париж, так ничему и не
научаются. В любви они  объясняются  своей  ирландской  прачке,
пока их не переманивает какая-нибудь странствующая англичанка,
сбежавшая от мужа или от кредиторов. Так вот они и возвращаются
домой,  еще более вздорными, чем были, но нисколько не обогатив
своих знаний, и стараются выказать свое превосходство тем,  что
говорят  на  плохом  французском  языке  и в одежде своей убого
подражают французам.
 ...hunc tu, Romane, caveto(157).
 Живя во Франции, общайся исключительно с французами; учись
у стариков,   развлекайся   с   молодыми;   сумей    безропотно
приспособить  себя  к их обычаям, даже к их маленьким причудам,
но только не вздумай усваивать  их  пороки.  Вместе  с  тем,  не
протестуй  против  них  и  не  читай  нравоучений,  ибо  твоему
возрасту все это не  пристало.  Вообще-то  говоря,  в  обществе
французов  большой  учености  ты  не  встретишь  - поэтому не
старайся козырять перед ними своей.  Люди  ненавидят  тех,  кто
дает им почувствовать их собственную неполноценность. Тщательно
скрывай  свои  знания  и  прибереги  их  для  встреч с les gens
d'eglise(158), или les gens de robe(159); но и тогда пусть лучше те
и другие по собственному почину станут вытягивать эти знания из
тебя, нежели увидят,  что  ты  чересчур  ретиво  стремишься  их
выказать.  Когда  люди  видят,  что  ты нисколько не стремишься
блеснуть своей ученостью, им начинает казаться, что у  тебя  ее
может  быть  еще  больше, чем на самом деле, и вдобавок воздают
должное твоей скромности.
 Тому, кто говорит о своих bonnes fortunes(160) или  хотя  бы
даже намекает на них, редко верят, а если и верят, то очень его
за  это  осуждают.  А относительно того, кто тщательно скрывает
свои победы, часто думают, что у него их больше,  чем  есть  на
самом  деле,  репутация  же человека скромного приносит ему еще
новые. То же самое и с человеком  ученым:  если  он  выставляет
свою  ученость  напоказ,  она  начинает вызывать сомнения и его
считают просто верхоглядом, если же потом обнаруживается, что у
него и  в  самом  деле  есть  знания,  его  почитают  педантом.
Подлинное  достоинство, какого бы рода оно ни было, ubi est non
potest diu  celari(161);  оно  непременно  обнаружится,  и  ничем
нельзя  его так умалить, как начав им кичиться. Может быть, оно
не всегда будет вознаграждено, но узнать о нем  всегда  узнают.
Женщины  парижского  beau monde более образованны, чем мужчины:
мужчин готовят только для военной службы, и они  попадают  туда
уже  в  возрасте  двенадцати-тринадцати лет, однако такого рода
воспитание, хоть они и не читают никаких книг, дает им отличное
знание света, непринужденность в обращении и хорошие манеры.
 Нигде в мире мода не тиранит людей так, как в  Париже;  ее
власть  там  еще  более неограниченна, чем власть короля, а это
кое-что значит. За малейшее несогласие с ней человек наказуется
изгнанием. Тебе надлежит следовать ей и сообразоваться со всеми
ее minuties(162), если ты хочешь сам войти в моду, а если  ты  не
будешь  там в моде, ты вообще не будешь никем. Поэтому при всех
обстоятельствах вступи в общество мужчин и женщин, qui  donnent
le  toni(163)  и  хоть  поначалу ты будешь допущен на эту залитую
огнями сцену лишь в качестве persona muta(164), добивайся своего,
упорству, - и ты вскоре получишь самостоятельную роль.
 Ни в коем случае не пересказывай в одной компании то,  что
видел  или  слышал  в  другой, и, тем паче, не думай развлекать
одних, рассказывая о других что-либо смешное;  пусть  за  тобой
установится  репутация  человека  сдержанного  и не склонного к
болтовне. Эти качества  откроют  перед  тобой  больше  дорог  и
окажутся   надежнее,  чем  иные  более  блистательные  таланты.
Остерегайся в Париже ссор; парижане  чрезвычайно  щепетильны  в
отношении  чести,  а тем, кто ее отстаивает, приходится жестоко
платиться по закону. Поэтому point de mauvaises  plaisanteries,
point de jeux de main et point de raillerie piquante(165).
 Париж  -  это  как раз такой город, где ты лучше всего на
свете сможешь соединять, если захочешь,  utile(166)  и  dulce(167).
Даже  сами удовольствия там могут многому тебя научить, если ты
будешь предаваться  им  в  обществе  парижан,  принадлежащих  к
высшему свету. Твое поведение во всех городах, где ты был, дает
мне  основание  думать, что и в Париже ты будешь вести себя как
следует. Помни, что эти  месяцы  имеют  решающее  значение  для
твоей  жизни:  обо всем, что бы ты ни стал делать, здесь узнают
тысячи людей, и репутация твоя, какою бы она ни была,  прибудет
сюда  раньше,  чем  ты сам. Ты встретишься с нею в Лондоне. Дай
бог, чтобы у нас обоих были основания радоваться этой  встрече!
Прощай.


155 нравы многих людей (лат.).

 156 города (лат.).

 157 этого, римлянин, ты должен бояться (лат.).

 158 лицами духовного звания (франц.).

 159 судейскими (франц.).

 160 успехах (франц.).

 161  там,  где оно есть, не может долго оставаться скрытым
(лат.).

 162 тонкостями (франц.).

 163 которые задают тон (франц.).

 164 лица без речей (лат.).

 165 никаких злых шуток, не вздумай давать  волю  рукам,  и
никаких язвительных насмешек (франц.).

 166 полезное (лат.).

 167 приятное (лат.).




 LXII



 Лондон, 5 июня ст. ст. 1730 г.
 Милый друг,
 Получил твой портрет, которого долго и с нетерпением ждал;
мне хотелось  видеть твое лицо, ибо, подобно большинству людей,
я могу, глядя на черты его,  составить  общее  представление  о
душе.  Если  и  в  твоем  портрете  художник  добился такого же
сходства, какое есть в портрете м-ра Харта (а я в жизни моей не
видел более удачного портрета), выводы, которые я сделаю, будут
очень хорошими: в лице твоем есть и мужество, и  finesse(168).  С
тех  пор,  как я тебя видел, ты очень раздался в плечах; если ты
не стал еще выше ростом, то я очень  хочу,  чтобы  ты  поскорее
восполнил  этот  пробел.  Знаешь,  я  думаю, что те упражнения,
которыми ты  будешь  заниматься  в  Париже,  помогут  тебе  как
следует   развиться  физически;  ноги  твои  во  всяком  случае
позволяют заключить, что это будет так. Если не считать танцев,
упражнения,  полезные  для  здоровья,  которыми  занимаются   в
Академии,   всего   ценнее.  Упражнения  эти  degraissent  leur
homme(169). A propos, об упражнениях, я приготовил все для  того,
чтобы месье де ла Гериньер мог тебя принять, и комната для тебя
будет   готова  к  твоему  приезду.  Уверен,  что  ты  поймешь,
насколько лучше для тебя быть interne(170) в Академии, во  всяком
случае,  в  течение  первых шести-семи месяцев, чем жить все это
время  в  hotel  garni(171)  где-нибудь  далеко  от  нее  и  быть
вынужденному  ходить  туда  каждое  утро  во  всякую погоду, не
говоря уже о неизбежной при этом потере  времени;  к  тому  же,
живя  и  находясь  на  пансионе  в Академии, ты познакомишься с
доброй половиной всех молодых парижан, принадлежащих к  высшему
свету,  и  вскоре  во  всех  французских  домах  на  тебя будут
смотреть как на своего, а насколько я знаю, никто  из  англичан
не  пользовался  таким преимуществом. Я уверен, что ты далек от
того,  чтобы  приписать  мое  решение   разнице   в   стоимости
содержания,  которая,  кстати  сказать,  ничтожна. Ты настолько
хорошо  говоришь  по-французски  и  ты  так  скоро  приобретешь
tournure(172)  француза, что я просто не знаю, кто еще мог бы так
хорошо провести время в Париже, как ты.  Наши  молодые  люди  в
большинстве  своем  недостаточно  знают  французский  и слишком
плохо воспитаны для того, чтобы  их  могли  принимать  в  самых
лучших  французских  домах;  вот  почему  еще не было ни одного
случая, чтобы какого-нибудь англичанина заподозрили в  любовной
интриге  с  высокопоставленной  француженкой,  хотя  нет  такой
знатной  французской  дамы,  которую  бы  не   было   оснований
заподозрить  в  любовных  интригах. Вместо этого, они вступают в
отвратительную и  опасную  связь  с  проститутками,  актрисами,
танцовщицами  и  тому  подобными особами. А ведь, если бы только
они умели держать себя в обществе, они  очень  легко  могли  бы
добиться  лучшего.  Un arrangement, что у нас означает попросту
связь - столь же  необходимая  принадлежность  жизни  знатной
парижской  дамы,  как  и  ее дом, обеды, выезды и т. п. Поэтому
надо быть человеком совсем нескладным  или  обладать  очень  уж
странными   вкусами,   чтобы   оказаться   вынужденным  или  по
собственной воле предпочесть потаскух  и  опасность  -  связи,
отнюдь  не  считающейся постыдной в свете, с женщиной здоровой,
воспитанной и высокопоставленной.
 Ничто так не роняет  молодого  человека  и  не  толкает  в
дурную  компанию,  будь  она мужская или женская, как робость и
неверие  в  собственные  силы.  Если  сам  он  думает,  что  не
понравится  даме, можно быть уверенным, что так оно и будет. Но
стоит ему приложить надлежащие старания, чтобы понравиться и  в
известной степени проникнуться этой убежденностью самому, и он,
вне всякого сомнения, добьется успеха. Мало разве каждый из нас
встречает  всюду людей, которые при очень скромных способностях
и   очень   небольших   знаниях   достигают   большого   успеха
исключительно    благодаря    своей    уверенности    в   себе,
предприимчивости и  настойчивости!  Они  не  потерпят  никакого
отказа, будь то от мужчины или от женщины; никакие трудности не
смутят их; пусть их отвергнут дважды или даже трижды, они вновь
собираются с силами и в конце концов в девяти случаях из десяти
одерживают  победу. Употребив те же средства, ты достигнешь той
же цели, но  только  с  твоими  способностями  и  знаниями  все
произойдет  гораздо  скорее  и  с  гораздо  большими шансами на
успех. У тебя есть основание верить в себя и есть силы, которые
ты можешь собрать.  В  ведении  дел  ничто  не  обладает  таким
действием  и  не  приносит  такого  успеха  (разумеется, если у
человека есть талант), как хорошее (хоть и скрытое  от  других)
мнение    о    себе,   твердая   решительность   и   неодолимая
настойчивость.   Одни   только   безумцы   стараются    достичь
невозможного, а то, что возможно, тем или иным путем необходимо
осуществить.  Если  один  способ оказывается негодным, попробуй
другой и выбирай  всякий  раз  наиболее  подходящего  для  того
человека, с которым тебе приходится иметь дело.
 Когда  на Фазаньем острове кардинал Мазарини и дон Луис де
Аро заключали  Пиренейский  мир,  последнему,  благодаря  своей
настойчивости  и  хладнокровному  упорству,  удалось выговорить
кое-какие весьма важные условия. Кардинал был весь  воплощением
итальянской  живости  и  нетерпения, дон Луис олицетворял собою
испанскую флегму и стойкость. В глубине  души  кардинал  больше
всего  хотел помешать возвращению к власти принца Конде, своего
непримиримого врага, но он спешил скорее  подписать  договор  и
вернуться  к  своему  двору, ибо понимал, что всякая длительная
отлучка чревата для него опасностью. Дон Луис заметил это и  на
каждом совещании неукоснительно ставил sur le tapis(173) вопрос о
принце Конде. Первое время кардинал отказывался вообще говорить
о  нем,  дон  Луис  со свойственным ему sang-froid(174) продолжал
настаивать, пока, наконец, не добился своего вопреки  интересам
кардинала  и  его двора. Разум призван помочь человеку отличить
невозможное от всего-навсего трудно выполнимого, а  мужество  и
упорство  помогут  ему  преодолеть  трудности.  Каждого мужчину
можно победить тем или иным способом, а каждую женщину - почти
любым.
 Нельзя  забывать  об  одной  вещи,  которая  прежде  всего
необходима  для  этого,  как  и  для  всего  остального - это
внимание, достаточно  подвижное  и  гибкое,  внимание,  которое
никогда  не  должно быть занято прошлым или будущим, но целиком
направлено на одно только настоящее, каково  бы  оно  ни  было.
Человек  рассеянный  мало  что  заметит, да и то наблюдения его
будут разрозненны и несовершенны, ибо  добрую  половину  всего,
что он видит, он неизбежно оставит без внимания. Он не способен
в  своих  действиях  ни к какой последовательности, потому что,
из-за рассеянности своей, все время  сбивается  с  пути.  Такие
люди  бывают  очень  неприятны,  а к старости становятся просто
непереносимы. Но и в молодые  годы  рассеянность  никак  нельзя
прощать.  Если ты обнаружишь в себе хоть малейшую наклонность к
этому пороку, прошу тебя, следи за собой очень  внимательно,  и
ты  еще сможешь справиться с ним. Если же рассеянность войдет у
тебя  в  привычку,  тебе  будет  потом  очень  трудно  от   нее
излечиться,  а это самый худший душевный недуг из всех, какие я
знаю.
 На днях я с  большим  удовлетворением  услышал  от  одного
человека,  недавно  приехавшего  из  Рима,  что  никого  там не
принимали в высшем свете так хорошо, как тебя. Смею думать, что
и в Париже тебя примут не  хуже;  там  люди  особенно  сердечно
относятся ко всем иностранцам, которые учтивы с ними и хотят им
понравиться.   Но   надо   немного  польстить  французам  и  не
ограничиваться при этом одними словами: надо сделать  вид,  что
тебе  больше  других  нравится  их  страна,  манеры, нравы их и
обычаи; в конце концов, это недорогая плата  за  хороший  прием.
Будь  я  где-нибудь в Африке, я бы отплатил таким образом негру
за его радушие. Прощай.

168 живой ум (франц.).

 169 заставляют человека сбросить жир (франц.).

 170 на пансионе (франц.).

 171 в меблированных комнатах (франц.).

 172 обличье (франц.).

 173 в порядок дня (франц.).

 174 с хладнокровием (франц.).






 LXIII



 Лондон, 9 июля ст. ст. 1750 г.
 Милый друг,
 Я бы не заслуживал такого обращения с твоей стороны,  если
бы  откровенно  и  подробно  не  сообщал  тебе  о  каждом твоем
поддающемся исправлению недостатке, все равно, услышу я о  нем,
или  только  заподозрю, или когда-нибудь открою в тебе. Все те,
кто в светской жизни будут называть себя  твоими  друзьями  или
кого  в  соответствии  с  распространенными  представлениями  о
дружбе ты, может быть, и сам будешь считать  таковыми,  никогда
не  скажут  тебе  о  твоих  недостатках  и  тем  более  о твоих
слабостях. Напротив, больше желая сделать  тебя  своим  другом,
нежели  стать  твоим,  они  будут  льстить и тебе, и себе и, по
правде говоря, не пожалеют об этом. В глубине души  большинство
людей радуется тому, что их лучшие друзья в каких-то отношениях
им уступают. Настоящих друзей, которые действительно могут быть
тебе  полезны, у тебя только двое: м-р Харт и я; наши отношения
к  тебе  совершенно  искренни,  и  ни  его,  ни   меня   нельзя
заподозрить  в  какой  бы  то  ни  было  корысти.  Что бы мы ни
говорили тебе, мы всегда имеем в виду только твои  интересы.  С
нашей  стороны  не может быть ни соперничества, ни ревности, ни
тайной  зависти  или  неприязни.  Поэтому  мы   вправе   что-то
указывать    тебе,    что-то   рекомендовать   и   от   чего-то
предостерегать, и  разум  твой  подскажет,  что  тебе  надлежит
отнестись ко всему со вниманием и доверять нам.
 Я   из   достоверных  источников  знаю,  что  дикция  твоя
спотыкается и прихрамывает и, что,  когда  ты  говоришь  быстро,
подчас  вообще  ничего  нельзя  понять.  Я  уже  раньше  не раз
высказывал тебе все мои соображения по этому  поводу  и  нового
сейчас   ничего  сообщить  не  могу.  Поэтому  остается  только
повторить, что все зависит лишь  от  тебя  самого.  Карьера,  к
которой  ты  себя  готовишь,  требует,  чтобы  ты  умел  хорошо
говорить, как на публичных приемах, так и в небольшом обществе.
Уменье выразить свои мысли не менее важно, чем сами эти  мысли,
ибо у большинства людей есть слух, который надлежит усладить, и
только  у  немногих - разум, способный судить о сказанном. Как
бы мудры ни были все твои мысли, они не  принесут  ни  малейшей
пользы, если ты приглушишь и придушишь их в момент появления на
свет. Лучшие творения Корелли, если их плохо исполнить и играть
не  в  тон, не только не растрогают, как это бывает при хорошем
исполнении,  а  вызовут  лишь  раздражение   слушателей,   если
какой-нибудь бездарный исполнитель их так вот зарежет. Но чтобы
зарезать  собственные  творения, и притом coram populo(175), надо
обладать  жестокостью  Медеи,  и  Гораций   это   категорически
запрещает.  Вспомни,  какое большое значение придавали хорошему
выговору  Демосфен  и  один  из  Гракхов,  почитай,  как  много
внимания  уделяли  ему  Цицерон  и  Квинтилиан;  даже  афинские
зеленщицы, и те знали в  нем  толк.  Ораторское  искусство,  со
всеми  его  красотами,  и  особенно  хорошая  дикция  столь  же
необходимы и в нашем государстве, как в Греции и в Риме.
 Человек не может достичь высокого  положения  и  почета  в
нашей  стране,  если  не умеет хорошо произносить речи. Если ты
хочешь убедить, ты сначала должен понравиться,  а  если  хочешь
понравиться,   ты   должен   добиться,  чтобы  голос  твой  был
благозвучен; следует отчетливо  произносить  каждый  слог;  все
ударения  и  модуляции  голоса  должны  быть надлежащим образом
выражены, и вся твоя речь в  целом  должна  быть  приятной  для
слуха  и расположить к себе; если ты не будешь говорить так, то
тебе лучше не говорить вообще. Вся ученость, какая у тебя есть,
пожалуй, не стоит без этого ни гроша. Она может быть приятной и
полезной для тебя в твоем кабинете, но в свете она ни  малейшей
пользы  не  принесет.  Поэтому  заклинаю тебя, пусть это станет
твоей единственной целью до тех пор, пока  ты  окончательно  не
исправишь своей манеры - а это в твоей власти - не думай ни
о  чем  другом,  ничего  другого  не  читай, ни о чем другом не
говори.
 Читай вслух,  пусть  даже  себе  одному,  но  раздельно  и
отчетливо,  так,  как  будто  выступаешь  перед  публикой, и по
какому-нибудь особенно торжественному случаю. Произноси отрывки
речей, декламируй сцены из трагедий  перед  м-ром  Хартом,  как
если  бы  перед  тобой была многочисленная аудитория. Если тебе
трудно выговорить какую-нибудь согласную, как у тебя, помнится,
было с "р", повторяй ее миллионы и миллионы раз,  до  тех  пор,
пока  не  будешь выговаривать ее так, как надо. Никогда не имей
привычки говорить быстро, пока не научишься говорить правильно.
Короче говоря, отложи в сторону всякую книгу и всякую мысль, не
имеющие прямого отношения к этой главной  цели,  важнейшей  для
твоего будущего положения и всей твоей жизни.
 Следующее,  что  тебе  для этого необходимо - это писать
правильно, изящным стилем и вместе с тем красивым  почерком.  К
сожалению, должен сказать, что ни одним из этих трех качеств ты
пока не обладаешь. Почерк у тебя очень плохой, и все написанное
тобой  имело бы отвратительный вид где-нибудь в церковной книге
или даже в дамской записной книжке. Но эта ошибка  легко  может
быть  исправлена,  стоит  только  начать  следить за собою, ибо
каждый человек, у которого в порядке глаза и  действует  правая
рука, может писать любым почерком. Что же касается правильности
и  изящества твоего стиля, то внимательным изучением грамматики
ты добьешься первого, а чтением лучших писателей - второго.  В
письме  ко  мне от 27 июня н. ст. ты забыл поставить город, и я
только по содержанию его установил, что ты находишься в Риме.
 Ну вот, я со всей правдивостью и откровенностью,  присущим
самой  нежной любви, назвал тебе все твои недостатки, во всяком
случае те, которые я знаю, или  те,  о  которых  слышал.  Слава
богу,  все  они легко поддаются исправлению, и я уверен, что ты
от них избавишься. А стоит тебе это сделать, как у  тебя  будет
все, что нужно, и мне уже нечего будет хотеть. Приобрети только
хорошую  осанку,  учтивость,  обходительность  и уменье держать
себя, а все это ты  усвоишь  совсем  незаметно  на  собственном
опыте,  наблюдая  то,  что  видишь  вокруг,  и  бывая в хорошем
обществе. Мало кто в твоем  возрасте  столько  читал,  видел  и
знает,  сколько ты, и, следовательно, очень мало кто так близок
к тому, что я называю совершенством, разумея  под  этим  только
приближение  к  лучшему.  Поэтому тебе отнюдь не следует падать
духом из-за того, что тебе многого не  достает;  напротив,  то,
что  ты  уже  приобрел,  должно  воодушевить тебя на дальнейшие
усилия  и  убедить,  что,  если  ты   будешь   упорно   чего-то
добиваться,  ты  этого  непременно достигнешь. Ты преодолел уже
гораздо большие трудности, нежели те, с которыми тебе предстоит
встретиться.  До  самого  недавнего  времени  тебе  приходилось
пробираться  среди  шипов  и терний; тот недолгий путь, который
тебе остается пройти, усыпан розами.
 Период, завершающий твое воспитание, отмечен больше  всего
наслаждением. Именно оно смягчит твои манеры, придаст им блеск.
Оно  побудит  тебя  устремиться  в погоню за грациями и в конце
концов  поможет  тебе  их  догнать.  Наслаждение   есть   нечто
взаимное;  тот, кто его испытывает сам, вместе с тем доставляет
его другому. Для того чтобы что-то  могло  нравиться  тебе,  ты
должен  уметь  нравиться  сам.  То, что тебе нравится в других,
обычно нравится им в тебе. Не приходится сомневаться, что Париж
в чести у граций; они будут ухаживать и за тобой,  если  ты  не
окажешься   слишком   застенчивым.  Посещай  там  самое  лучшее
общество, внимательно все наблюдай -- и ты  скоро  почувствуешь
себя  как дома. Скоро ты увидишь, насколько щепетильны парижане
во всем, что касается  правильности  и  изящества  их  языка  и
красоты  дикции;  они  готовы  даже сомневаться в уме человека,
если тот пренебрегает всеми этими бесчисленными  преимуществами
или  попросту о них не знает. Narrer, reciter, declamer bien(176)
- считаются у них занятиями  серьезными  и  заслуживают  того,
чтобы  их  считали  такими  везде.  Даже  среди  дам  предметом
разговора  часто  становится  изящество  и   большие   тонкости
французского языка. Везде, где собираются французы, преобладают
enjouement(177), некая галантная игривость с женщинами, в которых
мужчины  не  только  не  влюблены,  но  даже  и не притворяются
влюбленными. Но доведись тебе (что вполне  вероятно)  на  самом
деле влюбиться там в какую-нибудь умную светскую красавицу (ибо
я  не думаю, что ты способен влюбиться в шлюху) и случись так,
что твой  соперник,  у  которого  не  будет  и  половины  твоих
талантов  и знаний, победит тебя одними только своими манерами,
enjoue-ment, badinage(178) и  т.  п.,  как  же  ты  тогда  будешь
жалеть, что уделял недостаточно внимания этим качествам, считая
их  поверхностными  и  пустяковыми.  Все  значение их ты хорошо
поймешь, когда поживешь на  свете.  А  на  мужчин,  как  и  на
женщин,    очень   действует   привлекательная   наружность   и
обходительность. Итак,  закрой  книги,  которые  ты  читаешь  с
серьезными  целями,  открывай  их  только  ради удовольствия, и
пусть великая  книга  светской  жизни  станет  предметом  твоих
серьезных  занятий; читай ее и перечитывай, учи наизусть, усвой
ее стиль, и пусть он станет твоим.
 Когда я подвожу итог всему  хорошему  и  плохому  в  твоей
жизни  на  сегодняшний день, я радуюсь, видя, что сальдо в твою
пользу так велико, что в графе  per  contra(179)  значится  очень
мало  и  все  долги твои такого свойства, что погасить их можно
легко. Если представить тебя как дебитора и  кредитора,  то  ты
выглядишь так:

 Кредит. Французский язык.
 Дебет. Английский.
 Немецкий. Дикция.
 Итальянский. Vfaaspbi.
 Латынь.
 Греческий.
 Логика.
 Этика.
 История. Naturae.
 Jus Gentium.

 Вот,  дорогой мой, очень точный баланс, и очень ободряющий
для тебя. Имея такой небольшой  долг,  можно  погасить  его  за
очень  короткое  время,  и  человек  благоразумный  всегда  это
сделает. Тот же, кто из-за собственного небрежения  залезает  в
большие  долги,  отчаивается  когда-либо  с ними расплатиться и
поэтому даже никогда не заглядывает в свои счета.
 Когда поедешь в Геную,  осмотри,  пожалуйста,  внимательно
все  окрестности этого города и возьми с собой кого-нибудь, кто
может рассказать тебе о военных операциях австрийской армии  во
время  знаменитой  осады, если только это можно назвать осадой,
ведь по сути то дела  Генуя  никогда  не  осаждалась,  да  и  у
австрийцев  не  было  для  этого  необходимых  сил. Если маркиз
Чентуриони,  который  прошлой  зимой  был  в  Англии,  случайно
скажется  там, обратись к нему от моего имени, и он сделает для
тебя все от него зависящее.
 Я  мог   бы   прислать   тебе   во   Флоренцию   кое-какие
рекомендательные  письма,  но  знаю, что общение с м-ром Манном
будет для тебя полезнее всего остального. Пожалуйста,  кланяйся
ему   от   меня.   Живя   во  Флоренции,  займись  как  следует
итальянским; флорентийцы говорят на самом чистом языке,  только
произношение у них плохое.
 Пожалуйста,  прибереги  для меня семена лучших дынь, какие
тебе доведется есть, высуши их и заверни в бумагу. Посылать  их
мне  не  надо,  м-р Харт просто положит их в карман и привезет,
когда приедет. Я бы рад был еще получить черенки лучших сортов
винных ягод, в особенности il Fico gentile  и  мальтийских,  но
время  года для этого сейчас неподходящее; смею думать, что м-р
Манн возьмет это на себя и, когда придет пора, пришлет их мне в
Лондон через Ливорно. Старайся доставлять удовольствие другим и
развлекайся,  сколько  можешь,  сам,  en  honnete   et   galant
homme(180).
 Прилагаемое  здесь  письмо  передай  лорду Рочфорду, когда
приедешь в Турин.

175 на глазах у всех (лат.).

 176 Уметь хорошо рассказывать, читать вслух, декламировать
(франц.).

 177 шутки (франц.).

 178 весельем, шутливостью (франц.).

 179 с другой стороны (итал.).

 180   как   подобает   человеку  порядочному  и  светскому
(франц.).





LXIV



 Лондон, 12 ноября ст. ст. 1750 г.
 Милый друг,
 Ты, может быть, подумаешь, что в письме этом идет  речь  о
каких-то  нелепых,  незначительных  и ничтожных вещах, и будешь
прав, если  рассматривать  их  каждую  в  отдельности.  Однако,
связав  все  воедино,  ты  убедишься,  что, взятые в целом, они
составляют  то,  что  мы  называем  внешним  обликом  светского
человека,  и  тем самым имеют немаловажное значение. Я не стану
сейчас  говорить  об  умении  держать  себя,  о  непринужденных
манерах и о располагающем к себе обращении, которые я так часто
тебе  рекомендовал,  я  спущусь  еще  ниже и заведу разговор об
умении одеться, о чистоте и  о  заботливом  отношении  к  своей
наружности.
 Как  только  ты  приедешь в Париж, тебе надо будет завести
себе очень хорошее платье, как то подобает следящему  за  модой
светскому человеку, причем дело здесь отнюдь не в изысканности,
надо,  чтобы  ты одевался со вкусом, чтобы платье твое хорошо на
тебе сидело и чтобы ты умел его носить; если платье плохо сшито
и обужено или сидит на тебе мешком, то оно не только не  служит
украшением человека, а напротив, подчеркивает его нескладность.
Какое  бы  платье  тебе  ни  понадобилось,  закажи его у самого
лучшего французского портного, и пусть оно будет сшито по  моде
и  хорошо  на  тебе  сидит,  а  тогда уж носи его, застегивай и
расстегивай так, как это делают самые заправские франты,  каких
тебе  случается  видеть.  Пусть  твой  лакей  научится у самого
лучшего  friseur(181),  как  укладывать  волосы,  ибо  это  очень
существенная  часть  туалета.  Смотри,  чтобы  чулки  твои были
хорошо  подтянуты,  а  башмаки  как  следует  застегнуты,   ибо
человек,  который  не  обращает внимания на свои ноги, выглядит
особенно неряшливо. Ты с головы до ног должен  иметь  чистый  и
опрятный  вид,  а  зубы,  руки  и  ногти  должны  содержаться в
образцовой чистоте; если человек не следит за своим ртом, то он
потом жестоко за это поплатится: неминуемо погибнут зубы, и ему
предстоит терпеть невыносимую  боль;  кроме  того,  это  крайне
неприятно   для  всех  его  знакомых,  ведь  зачастую  изо  рта
отвратительно пахнет. Поэтому я требую, чтобы утром, как только
встанешь, ты прежде всего в течение четырех-пяти  минут  чистил
зубы  мягкой  губкой, употребляя для этого теплую воду, а потом
раз пять-шесть полоскал рот. Мутон - а я хочу, чтобы ты послал
за ним по приезде в Париж -  привезет  тебе  настойку  опия  и
жидкость,  которые  тебе  иногда надо будет употреблять. Помни,
что грязные руки и  безобразные,  обкусанные  ногти  -  первый
признак  человека  необразованного,  неотесанного и грубого. Я,
правда, не думаю, чтобы у  тебя  была  постыдная  и  несуразная
привычка  грызть  ногти,  но  этого  мало;  надо, чтобы кончики
ногтей у тебя были гладкие и чистые, без  черной  каймы,  какая
обычно  бывает  у  простолюдинов.  Кончики  ногтей должны иметь
закругленную форму,  что  легко  достигается,  если  ты  будешь
аккуратно  их  обстригать;  каждый  раз,  когда  ты приводишь в
порядок руки,  подчищай  кожицу  вокруг  ногтей,  отодвигая  ее
назад,  чтобы  не давать ей отрасти и укорачивать ногти. Что же
касается  чистоты  остального  твоего  тела,  которая,   кстати
сказать, очень важна для здоровья, то ты будешь следить за ней,
время  от  времени  посещая бани. Откровенно говоря, я вдаюсь в
эти подробности, ибо у меня есть подозрение, что  напоминать  о
них тебе в какой-то степени необходимо - ведь когда ты учился
в  школе, ты был в классе самым большим неряхой. Должен сделать
тебе еще одно предостережение: ни  в  коем  случае  не  ковыряй
пальцем  в  носу  или  в  ушах, как то делают многие. Это самая
последняя,   самая   постыдная   и    возмутительная    степень
невоспитанности,  какую  только  люди  могут  позволить  себе в
компании. Это отвратительно до тошноты. Что до меня, то я готов
скорее простить человека, который совал  пальцы  в  штаны,  чем
того,  который ковырял ими в носу. Тщательно чисти уши по утрам
и старайся хорошенько высморкаться в платок всякий раз, когда к
этому представится случай, но не вздумай только  потом  в  этот
платок заглядывать.
 У   настоящего   джентльмена   должны  быть  les  manieres
nobles(182) в самом малом, так же как и в  самом  большом.  Одним
тебя  научит ум, другим - наблюдательность: старательно вникай
в  манеры,  речи  и  каждое  движение  воспитаннейших  людей  и
вырабатывай  свои  привычки,  следуя  их  примеру. Вместе с тем
понаблюдай немного и за повадками  простолюдинов -  для  того,
чтобы избегать их; пусть даже они говорят и делают то же самое,
что  и  люди  светские, ведут себя они все же совершенно иначе:
именно  это-то  поведение,  а  не  что-то  другое  -  и   есть
отличительная черта человека воспитанного. Самый необразованный
крестьянин  говорит,  двигается,  одевается, ест и пьет так же,
как человек, получивший самое лучшее воспитание, но  получается
у  него  это  совсем  не  так; поэтому, если, говоря что-то или
делая, ты будешь стараться не походить на простолюдина, у  тебя
окажутся  некоторые  шансы  делать  и  говорить именно так, как
надо. Есть различные степени неуклюжести  и  вульгарности,  как
они есть во всем остальном. Les manieres de robe(183), хоть они и
не совсем такие, как надо, тем не менее благороднее, нежели les
manieres  bourgeoises(184),  а эти последние, как они ни худы, все
же лучше, нежели les manieres de  campagne(185).  Но  язык,  вид,
одежда  и манеры двора - это единственный настоящий пример des
manieres nobles, et d'un honnete homme(186). Ex pede  Herculem(187)
- старая   и  верная  поговорка,  и  она  имеет  самое  прямое
отношение  к   нашему   предмету,   ибо   человека   светского,
получившего   воспитание  при  дворе  и  привыкшего  к  лучшему
обществу, можно узнать и отличить от  простолюдина  по  каждому
слову,  каждой  позе,  каждому жесту и даже каждому взгляду. Не
могу кончить разговор об этих  мнимых  minuties(188),  не  сказав
тебе  еще  раз,  как важно уметь искусно нарезать мясо и птицу;
пусть это - сущая мелочь, любому из нас приходится  заниматься
этим  по два раз в день, а когда человек не умеет чего-то, даже
такой пустяк становится ему в тягость, другим  же  смотреть  на
это  бывает  очень  неприятно, и такой человек часто кажется им
смешным.
 Ну вот, я написал обо всем этом, а теперь мне  приходит  в
голову,  что  бы  сказал какой-нибудь тупоголовый верхогляд или
угрюмый педант, если бы им довелось прочесть мое письмо: они бы
отнеслись ко всему с величайшим презрением и сказали  бы,  что,
разумеется,   отец   мог   бы   избрать   какой-нибудь  предмет
посущественней для советов своему сыну. Они были бы правы, если
бы я ограничился этими советами и ничего более значительного ты
бы не мог воспринять, но коль скоро я положил немало  труда  на
то,  чтобы  воспитать в тебе чувства и разум, и, как я надеюсь,
не безуспешно, я скажу этим самоуверенным господам, что все эти
с их точки зрения пустяки, вместе взятые, образуют то  приятное
je  ne sais quoi, тот ensemble(189), к которому они начисто глухи
и в себе, и в других. В лексиконе их нет слова aimable(190), а  в
поведении  - того, что это слово выражает. Такое дается только
человеку,  весьма   искушенному   в   светской   жизни,   очень
внимательному  и  очень  стремящемуся понравиться, а все это -
отнюдь не пустяк.
 Ведь именно оттого, что старики смотрели  на  это  как  на
пустяк  или  вовсе  об  этом не думали, так много молодых людей
теперь до крайности неловки и совсем плохо воспитаны.  Родители
их  -  часто  люди  беспечные  и невнимательные к ним - дают
своим детям только самое  заурядное  воспитание,  определяя  их
поначалу  в  школу,  потом в университет, а после этого посылая
путешествовать;  они  не  проверяют,  да  чаще  всего  и  не  в
состоянии  проверить, каковы успехи их сынков на каждой из этих
ступеней. И вот они, в беспечности своей, утешают себя, говоря,
что сыновья их ничуть не хуже, чем у других людей.  Так  оно  и
получается,  но  чаще  всего  именно  это и плохо. Они так и не
исправляют  ни  мерзких  мальчишеских  повадок,   которыми   их
наделяет  школа,  ни  грубых  манер, привитых университетом, ни
наглой   развязности   и   верхоглядства,   самых   драгоценных
приобретений,  которые  они  делают за время своих путешествий.
Родители ничего им об этом  не  говорят,  а  естественно,  что,
кроме них, некому это сделать; поэтому они продолжают все то же
и, ни от кого не слыша правды, даже не догадываясь о ней, ведут
себя несуразно, непристойно, постыдно.
 Как  я  уже  говорил  тебе  раньше, один только отец может
позволить себе порицать великовозрастного парня  за  такие  вот
недостатки  и  промахи, которые вошли у него в привычку. Это не
под силу самому  близкому  другу,  если  на  помощь  не  придет
родительский  авторитет.  Поэтому  я  могу  с полным основанием
сказать, что это  счастье  твое  -  иметь  такого  искреннего,
дружески к тебе расположенного и прозорливого наставника. Ничто
не  укроется  от  моего  взгляда,  я  буду  выведывать все твои
недостатки, для того чтобы их исправлять с тем  же  рвением,  с
каким  буду  отыскивать  все  твои  достоинства, для того чтобы
хвалить тебя за них и вознаграждать.  Разница  будет  только  в
том,  что о последних я буду возвещать громогласно, а на первые
никогда даже не намекну, кроме как в  письме  к  тебе  или  при
свидании tete a tete(191) с тобой. Я никогда не стану краснеть за
тебя  в  обществе,  я  надеюсь,  ты  никогда  не дашь мне повод
стыдиться тебя, как то было бы, если бы у  тебя  оказался  хоть
один  из  названных  мною  недостатков.  Praetor  поп  curat de
minimis(192) - утверждало римское право, ибо занимался он только
серьезными делами; но существовали и низшие ведомства,  которым
были подсудны дела, более мелкие. Словом, я буду судить тебя не
только как претор - за самые опасные преступления, но так же и
как  цензор - за менее важные проступки, и как низший судья -
за ничтожнейшие грешки.
 Только что получил письмо м-ра Харта от 1 ноября  н. ст.;
очень  рад  был  узнать,  что  в конце месяца он думает ехать в
Париж; значит, с ногой  у  него  лучше;  к  тому  же,  как  мне
кажется,  оба  вы  только теряете время в Монпелье: в Париже он
нашел бы хорошего врача, а ты - хорошее общество. Ну, а  пока,
надеюсь,  ты  посещаешь  самое  лучшее общество Монпелье, а его
всегда можно найти в доме интенданта или командующего  округом.
У  тебя  там  должно быть достаточно времени, чтобы выучить les
petites chansons languedociennes(193), а они ведь очень милы - и
слова, и музыка. Помнится,  когда  я  был  в  тех  краях,  меня
поразило,  насколько  отличается друг от друга население того и
другого берега Роны. Провансальцы были по большей части угрюмы,
невоспитанны, некрасивы и смуглы, жители  Лангедока,  напротив,
- приветливы, обходительны, красивы. Прощай! Любящий тебя.
 Р.  S.  Поразмыслив,  посылаю  это  письмо в Париж; к тому
времени, когда оно придет, ты, верно, уже уедешь из Монпелье.

181 парикмахера (франц.).

 182 благородные манеры (франц.).

 183 манеры судейских (франц.).

 184 манеры горожан (франц.).

 185 деревенские манеры (франц.).

 186 благородных манер  и  человека  из  хорошего  общества
(франц.).

 187 По ноге [узнаем] Геркулеса (лат.).

 188 мелочах (франц.).

 189 целое (франц.).

 190 любезный (франц.).

 191 с глазу на глаз (франц.).

 192 He дело претора заниматься мелочами (лат.).

 193 песенки Лангедока (франц.).



Яндекс.Метрика